Об авторе
Публикации Гостевая книга Ссылки
    На главную   Контакты  
Публикации >>> Раздел 2. Геополитика >>> Проблемы научного статуса геополитики

Д.В. Жмуров. «Проблемы научного статуса геополитики»

 

 1. Введение.

 Термин «геополитика» стал сегодня общеупотребительным. Его нередко можно услышать из уст различных общественных и политических деятелей. Вопрос осмысления геополитики в своих трудах неоднократно поднимали Г.Зюганов, Н. Назарбаев, В.Жириновский, А. Дугин, К. Гаджиев, В. Гусейнов и другие. Тем не менее однозначного ответа на вопрос о том, «что такое геополитика?», не получено до сих пор. Полемика продолжается: разные геополитические школы предлагают очень несходные подходы. А это, в свою очередь, указывает на безусловную актуальность данной проблемы, подтверждающуюся тем, что работы в этой области знания активно ведутся и по настоящее время.

Объектом исследования является область социальных отношений, объединяющая различные течения общественной мысли, направленные на познание пространственной детерминированности государственной политики. Предметом исследования, определяющим границы изучения объекта, является анализ предметной и методологической базы указанных течений общественной мысли и сопоставление их с общепризнанными критериями научности.

Целью исследования является попытка рассматривать геополитику как развивающуюся научную дисциплину. В связи с этим, можно обозначить следующие основные задачи исследования:

·        систематизация различных дефиниций термина «геополитика»;

·        освещение проблемы научного статуса геополитической мысли.

В ходе работы было проанализировано около 30 источников, большая часть из которых посвящена изучению геополитики. В указанных исследованиях затрагивается вопрос научного статуса этой дисциплины. Подобная постановка вопроса характерна для фундаментальных трудов, таких как «Основы геополитики» А. Дугина, «Геополитика современности и геостратегия России» К. Сорокина, учебные пособия «Геополитика» Ю.Тихонравова (1998) и Б. Исаева (2005). Помимо указанных источников изучен и проанализирован ряд научных и публицистических статей, касающихся проблемы научности геополитики. В результате анализа стало ясно, что проблема научного статуса геополитики в литературе отражена недостаточно. Отсутствует четкая дифференциация подходов к пониманию геополитики, во многих исследованиях лишь констатируется факт ее ненаучности и не содержится каких-либо конструктивных предложений. Такое положение вещей настоятельно требует вновь обратиться к теме научности, значения геополитики и способствовать развитию широкой общественной дискуссии по этому поводу.  

 

2. Определения термина «геополитика». J

Геополитика является сегодня, пожалуй, одной из наиболее дискуссионных областей человеческого знания. Это связано со следующими причинами:

  • формирующийся по сей день научный статус геополитики;

  • субъективизм определенных групп исследователей (например, идеи М. Бэйджента, Н. Кэмпиона и Ч. Харви о мунданном – геополитическом прогнозировании, опирающемся на теорию астрологии; «мистерии Евразии» А. Дугина, поднимающие вопросы подсознания Евразии, расовых архетипов и проч.);

  • злоупотребление геополитикой в рамках милитаристских и расовых идеологий (Р. Челлен, К. Хаусхофер, З. Бжезинский);

  • отсутствие экспериментальных подтверждений геополитических законов.

 

Все эти причины вызывают споры относительно научности геополитики. С одной стороны, ее признают самостоятельным разделом политической науки и междисциплинарным научным направлением (Гаджиев, 1999). С другой стороны, геополитику ставят в один ряд с дианетикой, валеологией, френологией, т.е. псевдонауками и определяют ее как «род деятельности, внешне имитирующий науку, но, по сути, ей не являющийся» («Википедия», 2006). Наиболее радикальные исследователи сравнивают геополитику с сектантством. Другие, напротив, отказывают большинству политических систем в полноценности до наступления 1916 г. – времени рождения современной геополитики.

Таким образом, геополитика переживает сегодня этап становления с неизбежным привнесением в нее псевдонаучных идей, мистических, эзотерических взглядов, ростом всевозможных теорий и их опровержений. Вероятно, со временем произойдет отсев этих ненаучных компонентов. Для развивающейся и молодой науки подобная ситуация является вполне закономерной. Академик Г.И. Абелев по этому поводу заметил следующее: «При ретроспективном взгляде на любую нашу область можно видеть, я думаю, не менее 80-90% работ, гипотез и обобщений, в конце концов, не вошедших в сложившуюся систему научных представлений, т.е. формально - ошибочных. Целые области в нашей науке оказались основанными на заблуждениях - например, идеи о ядре у бактерий, разрабатывавшиеся много лет, или об особом состоянии молекул в живой клетке, или о белковой структуре хромосом. Но никому и в голову не приходит отнести эти исследования и идеи к псевдонауке»[1]. Следовательно, нельзя говорить о геополитике как о лженауке, основываясь только на очевидной квазинаучности некоторых ее направлений.

Важнейшими задачами формирования геополитики как науки являются, во-первых, выработка общепризнанной ее дефиниции, во-вторых, установление научного статуса дисциплины. Возможно, эта деятельность потребует изменений в структуре, методах исследования и задачах существующей геополитики.

Итак, рассмотрим вопрос определения геополитики. Решение этой задачи отражается в нескольких подходах. Перечислим их по порядку:

а. Экспансионистские подходы представляют геополитику в качестве научного инструмента подавления одних государств другими.

Например, З. Бжезинский определяет практическую геополитику как теорию позиционной игры на «мировой шахматной доске»[2]. По мнению С.Н. Киселева геополитика представляет собой «науку о пространственной экспансии государств (их союзов и блоков), экспансии политической, военной, экономической, культурной и информационной»[3]. Б.А. Исаев видит в геополитике «науку о взаимодействии и противостоянии на мировой арене крупных игроков - больших и сверхбольших держав, о разделе и переделе мира»[4]. В «БСЭ» геополитика обозначена как «реакционная концепция, использующая извращённо истолкованные данные физической и экономической географии для обоснования и пропаганды агрессивной политики империалистических государств»[5]. Более лаконично выразился А.Дугин: «геополитика - это наука править»[6].

Нередко экспансионистские определения звучат из уст идеологов, предлагающих особо радикальные геополитические модели мира. Очевидно, что предложенные модели обслуживают шовинистическую политику государств и известны как теории однополярного мира (А. Македонский, Н. Бонапарт, А. Гитлер, К. Райс и проч.) или теории избранных наций («золотой миллиард»). Думается, что геополитика, как «учение о порабощении, властвовании и переделе мира» вряд ли может называться наукой. Наука – это сфера человеческой деятельности, функцией которой является выработка и теоретическая систематизация объективных знаний о действительности. Геополитика в ее экспансионистской трактовке наукой не является. Это связано с тем, что геополитическая доктрина не вырабатывает новых знаний. Плоскость ее применения совершенно иная. С помощью географических выкладок идеологи геополитики порой весьма эмоционально доказывают необходимость конфронтации с соперничающими государствами. Чтобы убедиться в ненаучности подобной аргументации, достаточно ознакомиться с «Великой Шахматной Доской» З. Бжезинского, планом А. Даллеса, идеями пангерманиста Р. Челенна, оправдывавшего экспансию Германии тем, что немецкое государство есть географический и биологический организм, стремящемся к расширению. В данном случае геополитика оказывается лишь частью враждебной идеологии.

Все сказанное, однако, не отвергает возможности научного анализа «экспансии государств». Более того, познание этих процессов входит в предмет геополитики. Изучаются история, закономерности и особенности войн (конфликтов), разрабатываются их типологии, на основе чего предпринимаются попытки прогнозировать будущее. Отмечено, что все геополитические концепции в той или степени обращаются к идее контроля над пространством (Зюганов, 1997). Директор центра геополитических исследований РАН К. Сорокин отмечает, что «…одна из главных и характерных именно для геополитики как науки [категорий] – это категория экспансии, являющаяся производной от категории государственных интересов»[7]. Тем не менее, «экспансия государств» является лишь составной частью предмета геополитики и тем самым не может претендовать на исключительную значимость, как полагают некоторые исследователи. Иначе, геополитика теряет свой исконный смысл, который заключается в исследовании влияния пространства на развитие государств.

б.    Географические подходы выдвигают на первый план идеи географической обусловленности политики. «Геополитика [оказывается учением] о политико-стратегической ценности географической позиции, которую то или иное государство или нация реализует в своей истории» (Тутин, 1998; Ходжиев, 1996).

Основатель геополитики Р. Челлен обозначал ее как науку, раскрывающую влияние на политику государств пространственного фактора. Карл Хаусхофер дал следующее оп­ределение: «геополитика – это наука об отношениях земли и политичес­ких процессов. Она зиждется на широком фундаменте географии, прежде всего географии политической, которая есть наука о поли­тических организмах в пространстве и об их структуре».

В «Словаре философских терминов» геополитика характеризует­ся как «учение о зависимости политических событий от особеннос­тей поверхности земли, пространства, ландшафта страны». В энциклопе­дии Americana геополитика рассматривается как наука, изучающая и анализирующая в единстве географические, исторические, поли­тические и другие взаимодействующие факторы, оказывающие вли­яние на стратегический потенциал государства. Советский Фило­софский энциклопедический словарь (1989) определяет геополити­ку как западную политологическую концепцию, согласно которой «политика государств, в особенности внешняя, в основном предоп­ределена различными географическими факторами: пространствен­ным расположением, наличием либо отсутствием определенных природных ресурсов, климатом, плотностью населения и темпами его прироста и т.п.». (Тихонравов, 2000).

 «Географические подходы» делают основной акцент на привязке политики государства к географическим условиям, в которых оно развивалось. Выдвигались даже предположения, призванные объяснить противоположность между социалистическими и капиталистическими странами географической обусловленностью. При всех недостатках указанный подход образует важнейшую предметную область геополитики. Наиболее четко идею географически-ориентированной геополитики озвучил Ю.В. Тихонравов, который определил ее «как отрасль знания, изучающую закономерности взаимодействия поли­тики с системой неполитических факторов, формирующих геогра­фическую среду (характер расположения, рельеф, климат, ландшафт, полезные ископаемые, экономика, экология, демография, социальная стратификация, военная мощь)».

в.    Мировоззренческие подходы видят в геополитике систему обобщенных взглядов на мир, процессы, происходящие в нем, и место отдельных государств в этих процессах.

А.Г. Дугин считает, что «геополитика это мировоззрение, и в этом качестве ее лучше сравнивать не с науками, но с системами наук. Она находится на том же уровне, что и марксизм, либерализм и т.д., т.е. системы интерпретаций общества и истории, выделяющие в качестве основного принципа какой-то один важнейший критерий и сводящие к нему все остальные бесчисленные аспекты человека и природы». Но, если марксизм в качестве основного принципа существования предлагает постулат «экономика как судьба», то геополитика основана на тезисе «географический рельеф как судьба». В самом общем смысле геополитика изучает вопросы властвования. Как система субъективных взглядов и мировоззрение она вряд ли может интерпретироваться как наука.

г.    Политические подходы усматривают в геополитике разновидность внешней политики, цель которой исследовать связи между пространственными и функционально-политическими характеристиками регионов[8]. На Западе геополитику нередко просто понимают как науку, изучающую глобальную политику, т.е. стратегические направления развития международных политических отношений. Российские исследователи трактуют ее как «системное обеспечение внешне и внутриполитических стратегий[9].

д.    Метанаучные подходы трактуют геополитику как способ «упаковки» разнообразной научной, трансцендентной (религиозной), социальной, культурной, технологической и иной информации, связывающей социальные движения с региональной и глобальной физической географией[10]. Геополитика понимается как метаязык, продукт междисциплинарного синтеза, представляющий некую универсальную науку.

Использование метанаучных подходов ведет к тому, что геополитика теряет ясные научные очертания. В геополитическом русле начинают развиваться эзотерические, мистические, культурные и социальные учения, которые значительно увеличивают ее объем и усложняют понимание. Активно формируются геокультура, геосоциология, геоэкология, георелигия, геопсихология, геолингвистика и проч. В итоге метанаучный подход в геополитике приводит к очевидности того факта, что четкий предмет регулирования у данной науки отсутствует, как, впрочем, и сама наука. Под геополитикой понимается «фундаментальная наука, анализирующая события на глобальном, региональном и внутригосударственном уровнях»[11] или «теория обоснования государством своих национальных интересов»[12]

е.     Унификационные подходы представляют собой попытку объединить в дефиниции геополитики вышеуказанные подходы (географическую, экспансионистскую, политическую) и, в отличие от метанаучных подходов, строго описать предмет ее регулирования.

Так, геополитика понимается как «наука, изучающая закономерности и движущие силы развития политических отношений между странами, регионами с учетом всех видов пространства» (Шубин С.И.).

С нашей точки зрения, наиболее целесообразно рассматривать геополитику как науку о закономерностях развития межгосударственных и внутригосударственных политических отношений в зависимости от всех видов пространства. Отличительной чертой данного определения является то, что оно не замыкает геополитику исключительно на экспансионистских отношениях, предполагая и иные формы «поведения» государств, не ограничивает развитие государств только географическим пространством, на котором они состоялись. Согласно предложенной дефиниции, геополитика изучает два компонента. Во-первых, политические отношения, т.е. отношения между государствами, нациями, классами, группами, складывающиеся в процессе осуществления власти. Во-вторых, зависимость этих отношений от всех видов пространства. Речь в данном случае идет не только о физическом пространстве (исконное месторазвитие, геополитические поля К.В.Плешакова, космос, как новая сфера геополитических отношений), но и о социальном пространстве (глобальное информационное пространство).

 

3. Проблемы научного статуса геополитики.

3.1. Геополитика как псевдонаука. L

 

Известного философа и социолога А. Зиновьева спросили: «Как Вы относитесь к такой дисциплине, как геополитика, которую… успешно внедряет в государственные и научные структуры философ и геополитик Александр Дугин?». На что А. Зиновьев ответил: «Я геополитику считаю псевдонаукой. Я считаю такого рода учения шарлатанством. Научного там абсолютно нет ничего. Но в России сейчас такая ситуация, что шарлатаны имеют гораздо большие шансы на успех, чем серьезные научные исследования».

А.Зиновьев в своих оценках не одинок. Г. Моргентау - основатель школы «политического реализма» называл геополитику «псевдонаукой», а Ф. Моро-Дефарж в своей книге «Введение в геополитику» откровенно заявил: «Сейчас геополитикой называют все, что не поддается рациональному толкованию»[13]. Глава немецкого «геополитического общества» А. Грабовски сравнивал геополитику с методом и средством познания политических явлений, но никак не с наукой. А К. Хаусхофер считал геополитику лишь искусством властвования и ничем более. Очевидно, что многие исследователи вполне обоснованно приходят к выводу о ненаучной природе геополитики. На чем основаны подобные выводы? Вероятно, на соответствии геополитики  характерным чертам псевдонаучных теорий. Перечислим эти черты [14]:

  • ложность, фантастичность теоретических построений (игнорирование или искажение фактов, известных автору теории, но противоречащих его построениям);

  • нефальсифицируемость, непроверяемость (несоответствие критерию Поппера), то есть отсутствие принципиальной возможности поставить эксперимент (хотя бы мысленный), результат которого противоречил бы данной теории;

  • отказ от попыток сверить теоретические выкладки с результатами наблюдений при наличии такой возможности, замена проверок апелляциями к «интуиции», «здравому смыслу» или «авторитетному мнению»;

  • использование в основе теории недостоверных данных (т. е. не подтвержденных рядом независимых экспериментов), лежащих в пределах погрешностей измерения, основанных на недоказанных положениях либо на вычислительных ошибках.

В определенной степени некоторые геополитические доктрины отвечают указанным критериям.

Во-первых, это проявляется в том, что геополитика переполнена наукообразными и нежизненными теориями. К ним могут быть отнесены учения тотального географического детерминизма, устанавливающие ложные корреляции. Например, фиксируется зависимость монотеистических религий от особенностей «пустынного мышления»[15], а психологические особенности человека ставятся в зависимость от ландшафта[16]

Помимо этого существует эзотерические течения со множеством различных концепций. Их представителями постулируют весьма сомнительные идеи, например, о «духе Евразии как оси истории или духовной оси земли», о качающемся маятнике истории с точкой подвеса в месте соприкосновения северной оконечности Уральских гор с Ледовитым океаном. Отдельно стоит заметить о т.н. геополитической концепции ИСТОКА «то есть Исконного Учения Киево-Байкальского Поля, выявляющего новые ведические принципы»[17]. Также отметим идеи о геополитическом значении любви и подвиге народа[18], ритмах Евразии Н. Гумилева, существовании «геополитического закона Г. Вернадского» и проч. Все перечисленное вызывает обоснованные сомнения и требует экспериментального подтверждения.

Во-вторых, отмечается нефальсифицируемость некоторых положений геополитики. Эта особенность выражается в том, что геополитическое знание носит преимущественно формальный характер. Если пользоваться терминологией логического позитивизма, то можно сказать, что геополитика в большей части генерирует «аналитические высказывания», т.е. утверждения, которые нельзя проверить, кои не требуют соотнесения с действительностью и не имеют эмпирического смысла.

  Подобная ситуация связана со многими причинами. Нефальсифицируемость может оказаться результатом болезненного субъективизма исследователей. Так, представители некоторых геополитических школ доказывают существование на планете «мужских» и «женских» континентов. Фальсифицировать и проверять подобные утверждения не имеет смысла.

Кроме того, принцип фальсификации не приветствуется и в самой геополитике. Об этом свидетельствует значительное количество «объективных законов» и аксиом, характерных для этого течения. Обозначим лишь некоторые из них:

·              закон планетарного дуализма - радикального, многоуровневого, комплексного противостояния между «силами Суши» (Россия, позже СССР) и «силами Моря» (Англия, Франция, позже США);

·              «один из таких непреложных законов [геополитики] гласит, что страна или группа стран втягивают в орбиту своих интересов другие страны только тогда, когда осваивают политическое, экономическое, культурологическое пространство внутри себя»[19];

·              существует «геополитический закон, гласящий, что неконтролируемых пространств не бывает»[20];

·              геополитический закон: слабые государства объединяются против сильного[21].

В приведенных утверждениях различных авторов нет, пожалуй, ни одного, способного выдержать обоснованную критику, а тем более иметь характер закономерности. Несмотря на это, указанная риторика активно используется многими геополитиками и представляется в качестве непреложных истин.  Иногда геополитические законы исключают друг друга. Например, противоречие «основных законов геополитики», сформулированных в разное время Х. Маккиндером и Н. Спайкменом. Вариант Х. Маккиндера гласит: «Тот, кто контролирует Восточную Европу, доминирует над Хартлендом («срединной землей» Евразии); тот, кто доминирует над Хартлендом, доминирует над Мировым островом (Евразией); тот, кто доминирует над Мировым островом, доминирует над миром». Вариант Н. Спайкмена противоречит первому закону: «Тот, кто доминирует над Римлендом (гигантской дугой побережья евразийского континента), доминирует над Евразией; тот, кто доминирует над Евразией – держит судьбу мира в руках». Попыток сверить данные теоретические выкладки с результатами наблюдений зачастую не осуществляется даже на уровне исторического анализа.

Все вышеизложенное указывает на то, что геополитика наукой не является. Об этом свидетельствует отсутствие важнейших элементов научного метода – экспериментальной проверки и исправления ошибок, а часто логичной аргументации и здравого смысла.

 

3.2. Геополитика как наука.

 

Геополитика может стать наукой при определенных изменениях в ее методологии и философии. Из этого вытекает необходимость следующих корректив:

Во-первых, методологические изменения, внедряющие в геополитическую практику такие научные средства как эксперимент, прогнозирование и полевые исследования.

1. Эксперимент в геополитике чаще всего характерен для процесса моделирования. Политолог В. Цымбурский сравнивает геополитику с особой техникой «образного моделирования мировых и региональных тенденций, которую политолог может использовать в своих целях»[22]. Сутью геополитики становится «целенаправленное конструирование и моделирование геополитических образов — образов стран, регионов, политических и военных блоков. Под геополитическим образом здесь понимаются целенаправленные и четко структурированные представления о географическом пространстве, включающие наиболее яркие и запоминающиеся символы, знаки, образы и характеристики определенных территорий, стран, регионов»[23].

Моделирование – это исследование геополитических процессов на моделях, чтобы по результатам опытов судить о процессах, протекающих в натуральных условиях. Моделирование предполагает формализацию рассматриваемых понятий. Например, ключевая геополитическая категория «мощь государства» может рассматриваться посредством математической формулы С. Клайна из Джорджтаунского университета США[24].               

 

P =  (C  +  E  +  M)  (S  +  W + P)

 

где P - совокупность могущества государства, C - критическая масса (сумма коэффициентов численности населения и площади территории страны), E - экономическая мощь, М - военная мощь, S - стратегические цели государства, W - желание населения следовать существующей в стране стратегии, P - силу убеждения политического лидера страны, его способность повести за собой не только население своей страны, но и союзников. При этом входящие в формулу составные части оцениваются обычно с помощью экспертов.

Мера силы геополитического блока, в простейшем случае, рассматривается как взвешенная сумма:

 

SU = сумма по ij (Jij x si x sj)

 

Для государств i и j, параметры характеристика Jij означает интегральную силу связи i-го государства с j-м; si – интегральная характеристика отдельного государства.

В настоящее время проводится работа по моделированию эволюции биполярных систем коллективной безопасности[25], математическому моделированию процессов глобализации и других геополитических процессов[26], импульсивному моделированию динамики замкнутых макроэкономических систем[27], моделированию взаимодействия внутри социальной группы[28]. Также разворачивается дискуссия относительно геоморфологического моделирования геополитических ситуаций, в частности, с помощью понятий географического цикла, базиса эрозии, денудации и размыва[29].

Важнейшее место в геополитической теории занимает неэкспериментальное моделирование, так называемое моделирование геополитических рисков. Необходимость такой деятельности может возникнуть при нарушениях стратегической стабильности в определенном регионе, когда требуется комплексный анализ сложившейся ситуации. В основе модели лежит поток информации, получаемой в результате проведения мониторинга определенных параметров и расчета агрегированных показателей обстановки. Моделирование, как процесс, включает в себя[30]:

  • Формальное представление обстановки;

  • Мониторинг обобщенных показателей;

  • Учет внешних воздействий;

  • Выявление потенциальных опасностей;

  • Анализ и оценка угроз безопасности;

  • Прогнозирование динамики геополитических интересов;

  • Разработка плана действий.

2. Геополитическое прогнозирование - процесс разработки научно обоснованного суждения о возможном варианте развития политических событий в будущем, альтернативных путях и сроках его осуществления, а также определение конкретных рекомендаций для практической деятельности в условиях настоящей действительности[31]. За рубежом исследования в области теории прогнозирования международных отношений ведутся давно.  В качестве успешных примеров можно указать на системы раннего предупреждения и слежения за международными кризисами (EWAMS, WEIS и др.)[32].

Прогнозирование основано на синтезе эмпирических (наблюдение) и теоретических методов (моделирование). Игорь Панарин в докладе «Информационная война и третий Рим» формулирует принципы и методы геополитического прогнозирования. К основным принципам он относит:  системность, согласованность,  непрерывность, верифицируемость, альтернативность, рентабельность.  Наиболее распространенными методами прогнозирования называет следующие:   

По признаку информационного обоснования:  а) фактографические; б) экспертные; в) комбинированные.

По принципу обработки информации:  а) Статистические (Экстраполяция, Интерполяция, Факторный анализ, Корреляционный анализ); б) Опережающие; в) Аналогий (математические аналогии, исторические аналогии); г)   Прямые экспертные оценки (экспертный опрос, экспертный анализ); д)  Экспертные оценки с обратной связью.

Прогнозирование и моделирование складываются из ряда действий:

1. Анализ и описание «факторов развития» субъектов геополитики научными языковыми средствами;

2. Сведение «факторов развития» к универсальной переменной, описывающей субъектов геополитики. (Например, P - совокупность «могущества» государства).

3. Разработка алгоритма геополитического прогнозирования на основе универсальной переменной. (пример см. Киреев Г.А. Проецирование будущих геополитических катастроф// «Точка Зрения», от 20 июля 2005 г.).

4. Верификация результатов (экспертные оценки, наступление события).

Из существующих методов прогнозирования в качестве примера можно привести сценарный анализ мира на основе эшелона стратегической разведки. « Это процесс многоуровнего систематического сбора информации о процессах, происходящих во внешней среде, в системах-конкурентах, в своей системе, т.е. с целью предвидеть будущее. Приведем пример американской системы электронной разведки "Эшелон", которая осуществляет постоянное круглосуточное сканирование всей информации мира. Перехватываются телефонные разговоры и факсовые сообщения, переписка в сети Интернет и т.д. Затем вся информация анализируется»[33].

 

составляющие геополитического прогнозирования.

прогнозирование экологических, природных, техногенных катастроф, способных повлиять на политическую обстановку в отдельных регионах

программный комплекс «VITECON»; система прогнозирования распространения экологических катастроф[34].

прогнозирование социальных катастроф

например, MBC Версия 4. Компьютерная программа для прогнозирования ВИЧ/СПИДа и анализа социально-экономических последствий СПИДа.

экономическое прогнозирование

демографическое прогнозирование

рост и убывание населения, миграции, прогнозирование межэтнических конфликтов в полиэтничных регионах (стандартный пакет программ).

военно-стратегическое прогнозирование

рост вооружений, прогнозирование эволюции систем безопасности, военно-стратегической обстановки, прогнозирование возможных вариантов военно-стратегического курса ядерных держав.

прогнозирование мощи субъектов геополитики

«GEOPOLITICA» - компьютерный комплекс многокомандных тренингов и прогнозирования (A. Макаренко, С.Левков, K. Ласковенко).

 

3. Внедрение географо-геополитических полевых исследований, т.е. сбора первичных данных, производимого в естественных условиях исследуемых объектов.

Во-вторых, научный статус геополитики требует изменения мировоззренческих концепций различных исследователей.

Прежде всего, это связано с отказом понимать геополитику как «науку о власти и для власти» или «дисциплину политических элит»[35]. В противном случае, геополитика рискует остаться в узких рамках национальных школ. «В качестве науки геополитика должна быть свободна от необхо­димости как бы то ни было оправдывать какую-либо власть в любых ее проявлениях. Власть может воспользоваться плодами геополити­ки как науки, превратив ее выводы в идеологемы»[36].

Не менее важным пунктом мировоззренческих изменений, очевидно,  должно быть развитие научной дискуссии о статусе и месте геополитики в системе знания.

4. Заключение.

 

В результате исследования было установлено следующее:

Во-первых, на данный момент не существует общепринятого определения геополитики. Имеется, по-крайней мере, шесть различных подходов к решению этой задачи. В ходе исследования было предложено авторское определение термина.

Во-вторых, геополитика сегодня не может быть названа наукой. Сейчас она находится в ситуации самоопределения. Перспективные изменения в дисциплине позволяют говорить о ее формирующемся научном статуте. Вместе с тем ненаучные теории и конъюнктурные исследования, являющиеся в настоящий момент ядром геополитики, не позволяют рассматривать ее как полноценную науку.

Таким образом, геополитика имеет все шансы стать наукой, хотя сейчас ею не является. На данном историческом этапе наиболее целесообразно рассматривать геополитику как паранауку или протонауку. Паранаука — (лат. para — «около») — околонаука. Историческая фаза развития науки, система воззрений, сформированная до становления ее доказательной и верифицированной базы. От религии паранаука сохраняет веру в существование неких таинственных сил, постижение которых доступно, как правило, лишь редким людям[37]. Нечто подобное можно наблюдать и в геополитике с распространенным в ней мистическим пониманием мира. Не исключено, что со временем эти взгляды утратят свою актуальность и геополитика займет достойное место в ряду других наук, созданных человеком.

 


Список литературы.

[1] Пружинин Б.И. Псевдонаука сегодня// «Вестник РАН», №2, 2005 г.

[2] Геополитика// Википедия от 7 января 2006 г.

[3] Там же.

[4] Исаев Б.А. Геополитика: учебное пособие. – С.П.: «Питер», 2005 г., с.8

[5]  Молохов Г. Южный атлас Воланда.// Политический журнал, архив № 40 (91) / 28 ноября 2005 г.

[6] Дугин А.Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. М.: Арктогея, 1997

[7] Сорокин К.Э. Геополитика современности и геостратегия России. М.: РОССПЭН, 1996

[8] Бейдина Т.Е. Возможности геополитики в изучении малых региональных величин// «Философия и социология», 2000 г., № 1

[9] Сорокин К.Э. Россия и многополярность: время обнимать и время уклоняться от объятий // Полис. – 1994. – № 1.

[10] Переслегин С.Б. Геополитика.// Русский архипелаг, http://www.archipelag.ru/geopolitics/#_ftnref4

[11] Бейдина Т.Е. Возможности геополитики в изучении малых региональных величин// «Философия и социология», 2000 г., № 1

[12] Семенов В. Геополитика как наука // Власть. – 1994. – № 8. – С.63–68

[13] Сидоров М. Старые долги, новые авансы.// «Журнал 22», № 135

[14] Псевдонаука// Википедия от 1 февраля 2006 г.

[15] Цит. по Сидоров М. Старые долги, новые авансы.// «Журнал 22», № 135

[16] Видеман В. Континентальная интеграция: евразийская правовая модель// Тезисы конференции «Роль России в интеграционных процессах на территории СНГ»,

[17] См. Князьков Н.В. Мистерии Евразии: пространство культур// М., 1996 г.

[18] Васильченко И.А. Символический капитал культуры в реалиях глобальной геополитической борьбы// Трибуна русской мысли, №1, 2002 г.  

[19] Д. Выдрин. Российские политтехнологи уже не в моде// 29 апреля 2002 г. 

[20]Секция «В поисках нового мироустройства: глобализация и национально-культурная самобытность» // Стенограмма от 13-14 декабря, 5 всемирный русский народный собор, г. Москва.

[21] Кефели И. Проблемы формирования идеологии гуманизма в условиях глобализма// Сборник философских статей. Выпуск 3 / Под ред. В.В. Парцвания. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество; Тбилиси: Институт политологии АН Грузии, 2005. — С.136-158

 [22] Цит. по Сидоров М. Старые долги, новые авансы.// «Журнал 22», № 135

[23] Замятин Д.М. Динамика геополитических образов России// «Человек», 2002 г., №6

[24] Макаренко А.С.  Геополитические сценарии: о возможности количественного прогноза геополитических сценариев//www.erudition.ru/referat/ref/id.48786_1.html

[25] Макаренко А.С.  Геополитические сценарии: о возможности количественного прогноза геополитических сценариев// www.erudition.ru/referat/ref/id.48786_1.html

[26] Чернавский Д.С., Чернавская Н.М., Малков С.Ю., Малков А.С. Математическое моделирование геополитических процессов // «Стратегическая стабильность», №1, 2002 г.

[27] Нижегородцев P.M., Янич С.С. импульсивное моделирование динамики замкнутых макроэкономических систем// Научная библиотека РГГУ, 2003 г.

[28] Серебряков Д.В. моделирование взаимодействия внутри социальной группы// Научная библиотека РГГУ, 2003 г.

[29] Дэвис В.М. Геоморфологические очерки. М., 1962. С. 7-8, 11, 105, 110, 122.

[30] http://simtech.ibs.ru/content/simtech/67/677-article.asp

[31] Панарин И. Информационные войны: теория и практика// Кадровая политика, № 2, 2002 г.

[32] Вл. Ф. Ли. Теория международного прогнозирования // М.: Научная книга, 2002. 288 с.

[33] Панарин И. Информационная война и третий Рим. Доклады.

[34] Серебров А. Проект «Разработка технологии мониторирования экологических катастроф на основе синтезированной реальности, включающей: «Виртуальную Землю», данные космического зондирования и моделирования процессов» // Институт физико-технической информатики, 2005 г.

[35] Дугин А.Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. М.: Арктогея, 1997

[36] Тихонравов Ю.В. Геополитика. Учебное пособие. Москва: ЗАО "Бизнес-школа "Интел-Синтез",  1998, 368 с.

[37] Паранаука// Википедия от 10.02.2006 г.

 

 

© 2022, Дмитрий Жмуров